Русский Эдем. Статья в журнале «В мире науки», №10, 2016

img001_

Русский Эдем

img001_

Никитский ботанический сад наряду с Ласточкиным гнездом и Алупкинским дворцом – одно из семи главных чудес Крыма, его визитная карточка. Сад не просто огромен и прекрасен – это федеральный научный центр РАН. Большими буквами здесь начертан девиз: «Через науку – в жизнь».

Здесь ведутся уникальные фундаментальные научные исследования, имеющие огромное прикладное значение, трудятся замечательные энтузиасты. А ещё здесь обращаешь внимание на лица людей. Все – от сотрудников до посетителей – улыбаются. Говорят, цветы – это остатки рая на земле. Неудивительно, что, находясь в земном раю, люди чувствуют себя счастливыми. О научной работе и о том, зачем нужны такие сады, наш разговор с директором ФГБУН «Ордена Трудового Красного Знамени Никитский ботанический сад – Национальный научный центр РАН», доктором  сельскохозяйственных наук, заслуженным работником науки и техники Республики Крым, начальником управления РАН по взаимодействию с научными организациями Крымского федерального округа Юрием Владимировичем Плугатарём.

img002_Только факты

  • С первых дней существования Никитский ботаниче­ский сад способствовал ускоренному развитию сель­скохозяйственного производства юга России на ос­нове интродукции, акклиматизации, селекции и ши­рокого распространения плодовых, цветочных, декоративных, эфиромасличных, лекарственных и других полезных растений.
  • Никитский сад – родоначальник таких отраслей на­родного хозяйства России, как виноградарство, эфи­ромасличное растениеводство, табаководство, южное декоративное садоводство, южное и субтропическое плодоводство. На базе сада основаны Институт вино­града и вина «Магарач», Институт эфиромасличных и лекарственных растений, опытные станции овоще­бахчевых и лекарственных растений, табаководства. Никитское училище садоводства стало самостоятель­ным техникумом (ныне – Крымский агропромышлен­ный колледж).
  • В его копилке свыше 1150 наград, 70 из них получе­ны на международных выставках, включая дореволю­ционные (376 медалей разного достоинства, из кото­рых 63 – зарубежные).
  • Никитский ботанический сад – крупнейшее в Рос­сии хранилище видового и сортового разнообразия южных плодовых культур.
  • Всемирную известность принёс саду его уникальный арборетум (дендрарий). На площади более 40 га сосре­доточены коллекции древесных растений мировой фло­ры. В парках арборетума представлено свыше 2 тыс. ви­дов деревьев и кустарников. Никитский ботанический сад – памятник садово-паркового искусства, живой му­зей и зелёная сокровищница под открытым небом.
  • В богатейшем банке растительной плазмы хранят материал более 11 тыс. видов сортов персика, граната, абрикоса, алычи, хурмы, яблони, айвы, инжира.
  • В Саду работают более 500 человек (вместе с отде­лениями – 850 человек), в том числе 22 доктора наук и 70 кандидатов наук, научные сотрудники и мастера садово-паркового хозяйства. Здесь сформировались известные научные школы в области интродукции и селекции южных плодовых, декоративных и эфиро­масличных культур, биотехнологии и биохимии рас­тений, сельскохозяйственной акарологии, экологии многолетнего растениеводства, фитоценологии, аль­гологии. Работают аспирантура и докторантура, специализированный учёный совет по защите докторских и кандидатских диссертаций, совет молодых учёных.
  • Только за последние два года интродукция в Никит­ском ботаническом саду почти в 20 раз превысила ре­зультаты последних десятилетий.
  • В 2016 г. осуществлено вхождение НБС-ННЦ в Феде­ральное агентство научных организаций и Российскую академию наук.

img003_– История появления Никитского ботаниче­ского сада во многом уникальна, ведь он осно­ван в 1812 г., в самый разгар войны с Францией.

– Знакомство с нашим великим научным уч­реждением надо начинать с музея, который мы открыли для широкой публики два года назад. Прошло 205 лет с тех пор, как 10 июня 1811 г. ­император Александр I подписал указ о создании в Крыму «Казённого императорского экономо-бо­танического сада». Август 1812 г. – Бородинская битва, Москва в пожаре, а в Крыму в это время вы­саживают первые деревья Никитского ботаниче­ского сада…

Изначально Никитский сад создавался имен­но как «экономо-ботанический», то есть главная его цель – поднятие сельского хозяйства Крыма и юга России. Всё лучшее, что было на тот момент в мире, предстояло собрать и разместить здесь, на склонах посёлка Никита, чтобы впоследствии уже самим создавать новые, свои сорта.

Воплощал эти гениальные замыслы в жизнь Христиан Христианович Стевен, первый директор и, по сути, основатель Сада. Ему удалось быстро решить все земельные вопросы и при­влечь в коллекцию около 500 видов расте­ний. Уже через три года саженцы из Никитского сада почтой рассылали по всей Российской империи. И это в то вре­мя, когда на Южном берегу Крыма даже не было дорог: от Алушты до Ялты вилась лишь вьючная тропа.

Будучи талантливым менеджером, Сте­вен видел себя прежде всего ботаником.

Он активно изучал крымскую флору, опи­сал около 100 новых для науки видов. Бо­таника и сегодня – одно из основных на­правлений работы нашего ботаническо­го сада. Большую ценность представляет собранный в саду гербарий – около 169 тыс. листов.

Крымская коллекция гербария облада­ет огромной научной ценностью, это аз­бука для специалистов по нашей флоре.

На основании крымского гербария была сделана монументальная сводка «Флора Крыма», составлен определитель высших крымских рас­тений, в нём около 2,4 тыс. видов. Это очень много для такого маленького уголка суши. Секрет подоб­ного разнообразия – наши уникальные природ­ные условия. В настоящее время около 10% наших растений считаются эндемичными.

img004_– Вторым директором Никитского сада стал выдающийся ботаник Николай фон Гартвис, человек настолько скромный, что нигде в мире не сохранилась его фотография.

– Николай Андреевич Гартвис, отставной капи­тан артиллерии, любитель-садовод – личность со­вершенно уникальная. Он занимал эту должность рекордные в истории Сада 33 года и сделал исклю­чительно много. Гартвис впервые в стране начал заниматься селекцией декоратив­ных растений, а также плодовыми культурами и виноградом. Интересен факт, что роза «Графиня Ворон­цова», выведенная им в 1828 г., была названа в честь жившей неподалеку придворной красавицы, которой по­свящал свои стихи Александр Сер­геевич Пушкин. Это первый отече­ственный сорт, настоящий шедевр, который и сегодня хранится в на­шей коллекции. За годы его руковод­ства была удвоена до 600 сортов кол­лекция винограда и организована Магарачская школа виноделия с погребным хозяй­ством «Магарач». В своём же имении Николай Ан­дреевич делал вина столь высокого качества, что по­лучил серебряную медаль на первой выставке сель­ских произведений в Таврической губернии в 1846 г. А его супруга там же была отмечена за то, что нау­чила местное население изготавливать оливковое масло. В парках Южнобережья по сей день произраста­ют 99 видов из числа интродуцированных Гартвисом!

В знак глубочайшего ува­жения к достижениям Ни­колая Андреевича Гартвиса в области интродукции, растениеводства и селекции в 1887 г. в Никитском саду был установлен обелиск в его память.

– Ещё одним направле­нием работы сада стала ин­тродукция растений.

– Различные семена при­возили к нам со всего мира и отбирали лучшие для на­ших условий. В итоге за пер­вые 50 лет в Сад попали рас­тения, которые постепенно распространились по всему Южнобережью. Пальмы, ки­парисы, магнолии, глици­нии, ленкоранские акации, олеандры, итальян­ские пинии – практически всё, что вы видите сегодня в наших парках и скверах, – это растения, привезённые в Крым. Раньше их здесь не было.

– Насколько я знаю, традиция практическо­го образования в Никитском саду – тоже очень давняя?

– Ещё в XIX в. у нас работало училище садовод­ства и виноделия, обучение в котором продолжа­лось до 15 лет! При этом каждый учебный день не­пременно состоял как из занятий в классах, так и из практики в саду, в питомнике, в парке. Поэто­му выпускники становились очень знающими спе­циалистами. Более 1 тыс. выпускников Никитско­го училища работали по всей Российской империи. Наш Сад внёс огромный вклад в развитие сельско­го хозяйства страны, в том числе через поставку специалистов. И сейчас мы продолжаем активно работать со студентами и школьниками по самым различным направлениям. Есть, например, у нас заповедник «Мыс Мартьян» – 120 га суши вдоль моря и 120 га прилегающей акватории. Это нетро­нутый человеком участок, единственный на юж­ном берегу, где мы стараемся сохранять и изучать растения и животных, а также проводим практи­ки для студентов, биологов, экологов.

– Какова сегодня главная визитная карточка сада?

– Пожалуй, это живые коллекции растений. У Никитского сада есть замечательная тради­ция – показ коллекций в открытом грунте. Пер­вым в апреле мы представляем парад тюльпанов, в мае его сменяют карнавал ирисов и цветение си­рени. Сад участвует в патриотическом проекте «Сирень Победы». В мае начинают цвести розы, и этот праздник аромата продолжается до марта следующего года, то есть даже зимой. Только у нас можно увидеть около 300 сортов крупных цветко­вых хризантем в открытом грунте. В других частях страны их выращивают в оранжереях, а вот посмотреть, как они цветут в естественных ус­ловиях, нигде не удаётся. Получается яркий цве­тущий ковер удивительной красоты. Проводятся также выставки клематисов и канн.

Кстати, знаете ли вы, что тюльпан – исконно крымский цветок? Ещё в 1225 г., когда Крым был завоёван турками, они были поражены красотой цветущего тюльпана. Есть исторические сведения о том, что именно с наших крымских земель пер­вые 300 тыс. луковиц тюльпанов были завезены в Стамбул и успешно там выращивались. И только в XVI в. они распространились по Европе.

– Правда ли, что в начале 1930-х гг. сюда ча­сто приезжал Н.И. Вавилов?

– Да, он курировал научную работу в саду. До сих пор у нас существует Вавиловская научная станция. Вначале XX в. сюда приехали молодые учёные, выпускники Тимирязевской академии. Их имена вписаны золотыми буквами в историю отечественного плодоводства – это А.А. Рихтер, К.Ф. Костина и И.Н. Рябов. Они совершили экспе­диции во все древние очаги культуры плодовых Со­ветского Союза и собрали уникальный генофонд ценных форм плодовых культур, которые привлек­ли в селекцию. Сейчас у нас собрано более 1,6 тыс. сортов яблони, 1,3 тыс. сортов груши со всего мира, всего в коллекции плодовых культур более 11 тыс. сортов 22 различных культур.

– В последнее время немало говорится об импортозамещении.

– Очень живая тема, ведь у нас есть все коллек­ции, которые несут в себе лучшие качества и свой­ства, необходимые россиянам. Они выращены здесь, на крымской земле, в них нет вредных кра­сителей и консервантов, которыми часто покрыва­ют импортные фрукты и овощи, чтобы они дольше сохраняли товарный вид.

Сейчас мы занимаемся селекцией новых со­ртов персиков, которые смогут плодоносить поч­ти два месяца. Создаем «долгоиграющие» со­рта абрикосов, слив, черешни, других фруктов. (Кстати, алыча и нектарин были выведены имен­но у нас, а «отец» нектарина доктор биологических наук Е.П. Шоферистов уже 60 лет трудится в Саду, в этом году ему исполнится 80 лет!). Первая череш­ня вызревает у нас в мае, самые поздние сорта – в октябре. Таким образом, мы можем снабжать всю страну свежими плодами почти круглый год. Этим активно занимаются наши селекционеры.

Ещё одно направление работы – орехоплодные культуры. Очень важной для нас культурой стал миндаль, который здесь впервые был введён в про­мышленную эксплуатацию. Были созданы поздноцветущие сорта для сохранения миндаля от заморозков, и это очень перспективное направление. Дело в том, что у нас в стране нет достаточного ко­личества орехоплодных. Те же орехи мы в основ­ном закупаем, а это очень дорого. Сад же может поставлять качественные и дешевые орехоплод­ные в любых количествах. Орех крайне полезен для человеческого организма, он содержит целый ряд жизненно важных компонентов, которые дела­ют его основой лечебного питания при многих за­болеваниях.

img005_– Никитский сад славится своим производ­ством маслины. Как всё начиналось?

– В 1976 г. в Европе были сильные заморозки, которые привели к гибели масличных культур. Крым, по сути, спас отрасль. Именно тогда поя­вилась наша, крымская селекция маслины, наи­более морозоустойчивая и выносливая к различ­ным природным условиям. Отсюда пошли наши сорта, которые в Европе успешно работают. К со­жалению, для себя мы выращивали маслину очень мало. Но сейчас ситуация меняется. Мы начинаем развивать эту отрасль, чтобы повысить востребо­ванность культуры в нашей стране. Весь южный берег должен утопать в маслинах.

– Геронтологи считают, что оливковое мас­ло – это основа долголетия, советуют употреб­лять его как можно чаще. Но оно очень дорогое, потому что импортное.

– Именно! У нас же есть свои прекрасные сорта и технологии. Наше масло не хуже, а по многим по­казателям лучше импортного. И оно значительно дешевле. Маслину мы готовим уже больше 100 лет, технология отработана. Наше масло имеет непо­вторимый вкус. К тому же медики рекомендуют употреблять в пищу имен­но те продукты, что производятся в регионе прожи­вания человека. Их польза многократно выше.

– Слышала, что вы чуть ли не всей стране раздаёте не только семе­на различных культур, но и рекомендации, как их правильно выращи­вать.

– Это так. Развитие сельского хозяйства, пло­доводства, виноградар­ства должно происходить на научной основе. У нас очень большая пестрота почвенных условий, и поэтому только наука может сказать, что можно вырас­тить на конкретном участ­ке, а что нельзя. Мы научились получать урожай практически в любых условиях и можем научить этому других. Наука готова сопровождать весь этот процесс до получения результата.

img006_– О чём больше всего болит голова у директо­ра сада? Каков ваш приоритет?

– Самое главное – вывести на мировой уровень нашу науку. Исследования, которые проводятся у нас, очень глубокие, выстроенные на крепкой ме­тодологической основе. И если последние два де­сятилетия мы не получали нового оборудования, то после того как сад выиграл грант, ситуация кар­динально поменялась. Благодаря поддержке Рос­сийского научного фонда мы получили достойное финансирование для проведения фундаментальных исследований, закупки нового оборудова­ния, оснащения лабораторий. И результаты не за­ставили себя ждать: мы восстанавливаем связку науки и производства. В наших планах – посад­ка до миллиона саженцев в год. Современнейшая биотехнологическая лаборатория «Биотрон», ана­логов которой нет в России, призвана решать на­учно-прикладные задачи по размножению видов и сортов уже начиная с этого года. Мы сумеем обе­спечить наших коллег уникальными сортами, ко­торые знают в Европе и с которыми мы неодно­кратно одерживали победу на различных выстав­ках. Наши сорта действительно лучше. И те, кто попробовал нашу маслину, европейскую уже не за­хотят.

– Наслышаны о вашем сотрудничестве с Международным детским центром «Артек». В чём его суть?

– В этом году мы подписали соглашение о со­трудничестве между МДЦ «Артек» и Национальным научным центром РАН «Никитский ботанический сад». Теперь совместно организуем образователь­ные программы в области биологии, а также реа­лизуем проекты по развитию экологической куль­туры детей и молодёжи. Проводятся обучающие и научно-практические семинары, организовыва­ются ботанические экскурсии и интерактивные программы в различных локациях сада, включая заповедник «Мыс Мартьян». Появились и совмест­ные проекты НБС-ННЦ, «Артека» и МГУ, в частно­сти по созданию «Школы садовников» и формиро­ванию учебных программ для экологов.

Считаю очень символичной акцию, которую мы устроили в день подписания соглашения с «Ар­теком»: ребята высадили на территории научно­го центра уникальные пальмовые деревья. Это очень важно: ведь не только люди выращивают растения, но и растения способствуют взросле­нию людей, они делают нас чище, мудрее и добрее. «Жизнь – это поэма, где каждый пишет свою стро­ку». Всем нам стоит задуматься о том, какую стро­ку напишем мы.

– Тема, которую невозможно не затронуть, – розы Никитского сада, о них ходят легенды.

– История нашего розария не имеет аналогов, ведь селекция садовых роз в Российской империи впервые началась именно у нас, в Никитском бо­таническом саду. В нашей коллекции более тыся­чи сортов.

Мы и сегодня не стоим на месте, целенаправлен­но идём к своей мечте – созданию нового «Сада розы». В рамках гранта Российского научного фон­да наш будущий великолепный розарий уже спро­ектирован. Уверен, аналогов ему не будет ни в Рос­сии, ни за рубежом. Мы хотим показать в своём новом «Саду розы» историю селекционных работ над этой культурой, планируем представить более двух тысяч сортов розы. Надеемся, что откроем свои двери посетителям в этот сад уже через год-другой. Главное отличие новых сортов роз от ста­рых в их способности к цветению: если раньше они распускали бутоны один, максимум два раза в год, теперь наши селекционеры «научили» их делать это с марта до декабря, по пять-шесть раз! В насто­ящее время они заняты разведением самых мод­ных роз в сезоне – на вид своими нежно-розовы­ми лепестками они должны напоминать «Графиню Воронцову», а по стойкости не уступать самым «же­лезным» представительницам XXI в.

Наши учёные, все сотрудники НБС-ННЦ заслу­живают глубочайшей благодарности, ведь именно они создают эту необыкновенную красоту.

К туристическому сезону 2016 г. мы разработа­ли новый маршрут – экскурсию по пяти основным площадкам выставочного розария, где представ­лены 165 лучших сортов роз коллекции НБС-ННЦ, в том числе 35 сортов селекции учёных Никитско­го сада. 14 из них в 2014 г. были внесены в Государ­ственный реестр селекционных достижений РФ. Эти сорта создавались у нас в конце XX – начале XXI в. и представлены отдельной экспозицией, кото­рую мы назвали «Розовый вальс» (так назвала в своё время один из сортов созданной ею розы З.К. Кли­менко, наш легендарный учёный-селекционер).

– Вы так увлечённо рассказываете о саде, что производите впечатление абсолютно счастли­вого человека.

– Так и есть, я счастлив, что могу здесь трудить­ся. То же самое могут сказать о себе практиче­ски все сотрудники. Есть такая закономерность: Сад словно привораживает, не умеет отпускать от себя настоящих специалистов. У нас работа­ют уникальные люди. Нам удалось сохранить са­мое главное – учёных, мастеров, наши кадры, пре­красную научную школу. А с вхождением в Рос­сийскую академию наук перед нами открылись совершенно блестящие перспективы.

Напоследок замечу: говоря про Сад, упоминая о нём устно или письменно, мы всегда подразуме­ваем заглавную букву в начале этого слова. Этой традиции не одно десятилетие, и говорит она о многом.

img007_

Вера Константиновна Зыкова, канди­дат биологических наук, научный сотрудник му­зея Никитского ботанического сада:

– Есть в истории Сада совершенно особые, тра­гические и героические одновременно страни­цы. Думаю, они ещё ждут своего сценариста, по­тому что столь яркого и стойкого служения нау­ке в пределах одного научного учреждения ещё поискать! Приведу лишь один пример. В годы Ве­ликой Отечественной войны Крым оккупирова­ли фашисты. Удивительно, но Сад они не тронули, понимая его ценность и рассчитывая, что он бу­дет работать на них, а потому даже выдали ох­ранную грамоту.

При отступлении немцы увезли с собой бесцен­ный гербарий, генофонд, который учёные собира­ли с 1914 г. Когда Крым был освобождён, тогдаш­нему директору Никитского ботанического сада Анатолию Софроновичу Коверге присвоили зва­ние полковника, дали «Виллис», прикрепили двух автоматчиков – и он ринулся в Европу на поиски сокровища. В 1945 г., когда война ещё не закончи­лась, он добрался до Германии. На каком-то полустанке под Берлином он всё же нашёл бесценный гербарий и вернул его в сад. И подобных историй, когда наши сотрудники, рискуя жизнью, спасали растения от гибели и полного истребления, мно­жество. А гербарий – все 169 тыс. его листов – по-прежнему остаётся одним из богатейших в Европе. Это действительно мировое достояние.

Зинаида Константиновна Клименко, главный научный сотрудник лаборатории цвето­водства Никитского ботанического сада, доктор биологических наук, профессор:

– Вся моя жизнь прошла в Никитском ботаниче­ском саду. Родители, ученики И.В. Мичурина, вы­пускники Тимирязевской академии, – настоящие фанаты своего дела. С раннего детства я помогала маме ухаживать за растениями, и цветы для меня были вместо кукол. Я с ними играла и разговари­вала.

Посвятила себя розам, много лет занимаюсь се­лекцией новых сортов. На каждый новый сорт ухо­дят годы, иногда и десятилетие.

Главная задача, которую мы ставим при селек­ции новых сортов, – создание роз, устойчивых к иммунным заболеваниям, с длительным ре­монтантным цветением. Для этого мы использу­ем межсортовую и отдалённую гибридизацию, а также клоновую селекцию и метод эксперимен­тального мутагенеза – химического и радиаци­онного. В его разработке нам помогло сотрудниче­ство с Российским научным центром «Курчатов­ский институт». При радиационном мутагенезе используются гамма-лучи цезия-137 в различных дозировках, что приводит к значительному сокра­щению сроков создания сортов, устойчивых к за­сухе и различным грибковым болезням.

Иногда меня спрашивают, зачем людям нужны розы. Ими нельзя питаться, из них не сделаешь ни лекарства, ни топлива. Бесполезная, в общем-то, вещь. Ответ прост: цветы нужны для красоты. Это не менее важно, чем нефть или продукты питания.

img008_Олег Антонович Ильницкий, заведую­щий лабораторией фитомониторинга, доктор био­логических наук, профессор:

– Мы работаем с разнообразной научной аппара­турой, которая помогает нам проследить за жиз­недеятельностью растений. У нас установлена ав­томатическая метеостанция, которая делает из­мерения каждые десять минут. С её помощью мы получаем данные по количеству осадков, направ­лению и скорости ветра, его максимальных поры­вах, температуре воздуха, влажности, а также сол­нечном сиянии. Наши метеостанции позволяют задать любой интервал измерения.

Кроме того, мы располагаем высокоточным фи­томонитором фотосинтеза растений. Работают темновая и световая камеры. Первая измеряет фо­тодыхание растения при отсутствии освещения. Вторая – реальную ассимиляцию, то есть величину фотосинтеза, или количество углекислого газа, по­требляемого растением, и, соответ­ственно, выделяемого им кислоро­да. Таким образом мы узнаём про­дуктивность растения на данный момент.

В настоящее время Крым пережи­вает множество засух, происходит аридизация климата на его южном берегу. Поэтому такие исследования очень актуальны.

Наша аппаратура – самая со­временная в мире. Она даёт воз­можность увидеть портреты, ха­рактеристики каждого вида, сорта растения. В ней заложено 20 различных параме­тров – как в медицинской карте, где записаны нормальный вес, рост, пульс, давление человека, все перенесенные им заболевания.

Ирина Вячеславовна Митрофанова, доктор биологических наук, заведующая отде­лом биологии развития растений, биотехнологий и биобезопасности:

– На протяжении многих лет мы исследуем рас­тения на предмет выявления у них патогенов, вызывающих болезни. У нас есть лаборатории, оснащённые по последнему слову науки и техни­ки, – например, лаборатория «Биотрон», созданная под культуру тканей растений. Здесь мы устраива­ем условия, аналогичные природным, и добавляем регуляторы роста, разного рода макро-, микроэле­менты, витамины, обеспечивая рост растений.

У нас есть уникальный генобанк растений, в ко­тором более 1,3 тыс. сортов и видов растений, эксплантов различных культур. Мы его постоянно расширяем. Наша цель – разработать систему от маленького экспланта до полноценного расте­ния, ведь мы создаём системы регенерации, вос­становления растения, которые обеспечивают ему нормальную жизнедеятельность. Одна из основных проблем России – качество плодовых культур. Саженцы практически все больны. Диагностировать их сразу невозможно. Для того чтобы заболевание проявилось, требует­ся несколько лет. Мы способны не только провести экспресс-диагностику в лабораторных условиях, но и предложить оздоровленный и омоложенный посадочный материал. Можем производить его в больших количествах, обеспечивая всю страну.

У нас идет очень продуктивная работа по ряду направлений. Например, более 14 сортов роз, на­ходящихся на грани исчезновения, оздоровлены. А ведь это не только красота – это ещё и эфирное масло, ценность которого очень высока. В свое вре­мя в НИИ им. И.М. Сеченова занимались пробле­мой лечения и профилактики лёгочных заболева­ний путём впрыскивания различных эфиромас­личных культур. Эффект был потрясающим.

Организация наших научных лабораторий ста­ла возможна благодаря гранту Российского науч­ного фонда. Это был крупный конкурс, на который было подано 156 заявок. Это была абсолютно чест­ная, бескомпромиссная борьба, и мы рады, что по­бедили.

 

Беседовала Наталия Лескова

Опубликовано: Ежемесячный научно-информационный журнал «В мире науки», №10, 2016 г.

img009_

СПРАВКА

Юрий Владимирович Плугатарь

  • Директор Никитского ботанического сада с марта 2014 г., доктор сельскохозяйственных наук, член-корреспондент РАН, агроном, заслуженный работник науки и техники Республики Крым, начальник Управления РАН по взаимодействию с научными организациями Республики Крым и горо­да федерального значения Севастополя.
  • Область научных интересов: экология, лесоведение, декоративное растениеводство, плодоводство.

Сайты Никитского ботанического сада: http://nbgnscpro.com, http://nikitasad.ru

 

ВСТАВКИ:

Крымская коллекция гербария обладает огромной научной ценностью. На ее основании был составлен определитель высших крымских растений, в нем около 2,4 тыс. видов. Это очень много для такого маленького уголка суши

В годы Великой Отечественной войны, когда немцы оккупировали Крым, ботанический сад они не тронули, понимая его ценность и рассчитывая, что он будет работать на них. Но при отступлении они увезли с собой бесценный гербарий, генофонд, который ученые собирали с 1914 г.

 

ПОДПИСИ под рисунками

Листовая камера для измерения интенсивности видимого фотосинтеза листа растения

Директор ФГБУН «Никитский ботанический сад – Национальный научный центр РАН», доктор сельскохозяйственных наук Ю.В.Плугатарь

Селекционеры сада активно работают над программами, связанными с импортозамещением, коллекции его плодовых культур обладают луч­шими качествами и свойствами, необходимыми для рациона россиян

Датчик для измерения роста плода дуба (жёлудя)

18 января 2017 года статья размещена на сайте «Научная Россия»

Просмотров: 1 111

Оставить комментарий