О Зинаиде Константиновне Клименко – «Русский Мир»

По ссылке https://rusmir.media/2025/09/05/nikitskibotanicheskisad на портале «Русский Мир» читаем очень интересную и содержательную статью о Никитском ботаническом саде и о Зинаиде Константиновне Клименко.

Автор – Екатерина Жирицкая

Редкий сорт

Три сорта роз Никитского ботанического сада удостоились наград на международных конкурсах

Об обширной коллекции роз – одной из самых полных, с долгой историей – мы хотели рассказать давно. «Тогда вам в Крым, – посоветовали московские селекционеры. – Там не только богатейший в стране розарий, но ещё и работает легенда российского розоводства – Зинаида Константиновна Клименко». И мы отправились в Никитский ботанический сад Российской академии наук под Ялтой. Ехали писать про розы, а получилось – про человека, с чьей судьбой эти цветы прочно переплели свои колючие стебли.

…Море за тёмной стеной кипарисов такой ослепительной синевы, что режет глаз жителю среднерусских равнин, привыкшему к мягким акварелям ландшафтов. Над ним – головокружительная лазурь неба. Вдалеке – горы цвета синей стали. А рядом – 200-летний особняк из серого полированного известняка, и белоснежная колоннада, и шеренги уличных вазонов, и фонтаны, и статуи богинь. Но всё это – лишь прекрасное обрамление для неистовства зелени всех оттенков. Для облаков тёмной хвои пицундской сосны и сизой паутины пиний. Для пихт и елей, кедров и гинкго, кизильника и жимолости, ладанника и бирючины. Для сбрасывающего кору земляничника, который в Крыму называют бесстыдницей, и для каменного дуба, у которого никогда не опадают листья. Для тысячелетнего тиса и самой старой в России оливы. Для гигантской секвойи и китайской веерной пальмы. Около тысячи видов, подвидов и садовых форм деревьев и кустарников в четырёх парках насчитывает арборетум Никитского ботанического сада.

Но, отдавая дань пышности этих растений, бесконечный поток посетителей течёт в Никитский все же не только из-за них. Сюда идут ради коллекций цветов – канн, пионов, нарциссов. Посмотреть «Парад тюльпанов» в марте, «Карнавал ирисов» в мае, «Бал хризантем» – в октябре-ноябре. А «Бал роз» был в июне, сейчас первое цветение уже заканчивается, и рабочие обрезают на побегах отцветшие цветы, чтобы дождаться второй волны бутонов. Розы в саду цветут круглый год: селекционеры и ландшафтные дизайнеры специально так подобрали сорта.

Зинаида Константиновна Клименко

«Какой климат хорош для роз?» – интересуюсь я. «Наш. Они любят, когда в воздухе сухо, а корням достаточно влаги. Это нетривиальное сочетание, но климат Южного берега Крыма, похожий на средиземноморский, его дает». Главный научный сотрудник лаборатории цветоводства, профессор Никитского ботанического сада – Национального научного центра РАН Зинаида Константиновна Клименко ведёт меня по своим владениям. «Я работаю в этом саду уже 69 лет. Трудно представить, правда?» – улыбается она.

Три сорта роз Никитского ботанического сада удостоились наград на международных конкурсах. «Коралловый сюрприз» был создан Зинаидой Константиновной и получил в 1985 году Большую золотую медаль в Эрфурте. Сорт «Пёстрая фантазия», удостоенный в 2012-м главного ботанического приза за красоту и оригинальность окраски на выставке садоводства в замке Фазанери, появился при её участии. А «Климентина», выведенная её мамой, Верой Николаевной Клименко, была награждена почётным дипломом на Международном конкурсе роз в Риме в 1976 году.

Сорт «Аджимушкай» посвящён героям обороны одноимённых каменоломен

ГЕРОЯМ ЭЛЬТИГЕНА

«Вы, наверное, слышали об Аджимушкайских каменоломнях?» – спрашивает Зинаида Константиновна, пока мы спускаемся к розарию по лестнице. Ещё бы я не слышала об этом аде на Крымской земле: в мае 1942 года, когда гитлеровцы захватили Керчь, в Большие Аджимушкайские каменоломни спустилось около 13 тысяч советских бойцов и мирных жителей. В конце октября, после 170-дневной осады, немцы вынудили выйти на поверхность последних выживших – 48 человек.

Эта история так впечатлила Зинаиду Константиновну, что она решила: когда удастся вывести по-настоящему хороший сорт, она посвятит его героям Керчи. Так и случилось. Сорт она назвала «Аджимушкай». Эта тёмно-красная с бархатным оттенком полуплетистая роза создана специально для жаркого и сухого климата Крыма, говорит профессор. Там же, в Аджимушкае, Зинаида Константиновна познакомилась с десантниками, которые тоже пришли на экскурсию. Помимо каменоломен группе показали ещё и памятник «Парус» – в честь героев, погибших в ноябре 1943 года при высадке десанта у посёлка Эльтиген под Керчью. Бойцы тогда закрепились на небольшом плацдарме, удерживали его до 6 декабря, а затем, прорвавшись, захватили гору Митридат – стратегическую высоту на южной окраине Керчи. В ходе этой операции погибло около 7 тысяч воинов. И вот молодые десантники попросили Зинаиду Константиновну: «Назовите новый сорт роз в честь наших старших товарищей».

«Героям Эльтигена» – этот красно-белый сорт украсит памятник легендарным десантникам

У основания холма, где установлен памятник, рассказывает Зинаида Константиновна, тянется серая бетонная стена с барельефом, на нём – фигуры героев-десантников. Здесь скоро будет расти и цвести двухцветный махровый красно-белый сорт, который Никитский ботанический сад в 2024 году передал на утверждение в Госкомиссию по испытанию и охране селекционных достижений. Клименко назвала его «Героям Эльтигена».

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

«А вы знаете, что находитесь в самом старом ботаническом саду России, если не считать московский Аптекарский огород?» – заговорщицки спрашивает Зинаида Константиновна. Всё верно: Аптекарский огород в Москве был основан Петром I в 1706 году, а императорский указ об организации Никитского ботанического сада появился в 1811-м. Историю Ботсада и тесно связанную с ним историю своей семьи Зинаида Константиновна расскажет мне, пока мы будем обходить розарий.

Нежные цветы «Первоклассницы» похожи на пышные банты

«Это мой сорт «Мечта». У него немало достоинств. Во-первых, ничем не болеет, во-вторых, небольшой высоты и из него можно делать и клумбы, и бордюры».

«Хотела показать вам «Первоклассницу». Знаете, когда девчонки идут 1 сентября в школу, у них в волосах пышные белые банты? Такая же красивая и эта бело-розовая роза».

Моя спутница рассказывает о каждом из этих цветов даже не как о давних друзьях, а как о своих детях, которых она воспитала и вырастила. Чьи достоинства и слабости знакомы ей до мелочей. Кем она откровенно любуется. За кого переживает. Речь её льется спокойно и мягко, она полна достоинства и гордости: так о своем деле говорит настоящий мастер.

Но сначала нужно вернуться к корням. К людям, чью профессиональную линию продолжает моя собеседница.

Сорт «Мечта» особенно устойчив к болезням

ИМЕНИ ГАРТВИСА

Мне придётся опустить долгую историю формирования Никитского сада (она заслуживает отдельного рассказа), ограничившись лишь беглым наброском. Создать близ Ялты ботанический сад императору Александру I предложил генерал-губернатор Новороссии и Одессы Эммануил Осипович де Ришелье: малолюдные земли недавно присоединенного Крыма надо было заселять, как и развивать сельскохозяйственное растениеводство – и здесь, в Крыму, и на всём юге России. В 1811 году император подписывает указ о создании около греческого посёлка Никита ботанического сада. И, несмотря на войну с Наполеоном, уже в сентябре 1812 года Никитский сад был открыт. Его первым директором стал ботаник, энтомолог, садовод Христиан Христианович Стевен.

Сорт «Николай Гартвис» – дань памяти прославленному директору Никитского ботанического сада

Помимо создания коллекций плодовых и декоративных растений Христиан Христианович начал формировать и коллекцию роз: в каталоге сада за 1816 год числилось уже около 60 их сортов, видов и форм. А в 1826-м, когда Стевен был назначен главным инспектором шелководства юга России и Кавказа, директором Никитского сада стал другой опытный садовод – Николай Андреевич Гартвис. Уроженец городка Кокенгоф (ныне – Латвия), он был выходцем из старинного швейцарского рода. Получить диплом Дерптского университета ему помешала война 1812 года: Гартвис ушёл на неё добровольцем, был дважды ранен, награждён орденом Святой Анны. В 1818 году, уволившись из армии, он вернулся в родовое имение и отдался своей истинной страсти – садоводству. Получив сначала должность смотрителя, а затем директора Никитского ботанического сада, Гартвис повёз на подводах в Крым среди прочих растений и саженцы садовых роз из своей личной коллекции. Собрание Гартвиса дополнило коллекцию этих цветов в Ботаническом саду, превратив её в одну из богатейших в Европе. Благодаря составленному Николаем Андреевичем списку, известно, что в 1834 году она насчитывала уже 210 сортов садовых роз.

Гартвис оставался на своем посту 33 года – до самой смерти. При нём Никитский ботанический сад пережил свой первый расцвет. К сожалению, история не сохранила ни одного изображения этого замечательного человека. Сотрудники сада перерыли архивы, связывались с потомками русских эмигрантов, расспрашивали зарубежных коллег, но портрет Гартвиса обнаружить так и не удалось. Памятью о нём стал сам Никитский ботанический сад. А ещё – сорт роз с огромными бело-розовыми цветами, выведенный в его честь Зинаидой Клименко.

Кажется, Зинаида Константиновна Клименко знает историю каждого куста роз в Ботсаду

ПРОПАВШАЯ «ГРАФИНЯ»

С возвращением памяти Гартвиса связана ещё одна находка Зинаиды Константиновны. В 1827-1834 годах Николай Андреевич создал около 100 сортов роз: альба, центифольных, галльских, многоцветковых, чайных, мускусных, бенгальских, вечнозелёных. Но все эти сорта были утеряны. За исключением одного. Найти и восстановить его помогли совместные исследования научного сотрудника Алупкинского дворцово-паркового музея-заповедника Анны Абрамовны Галиченко и Зинаиды Константиновны Клименко.

Было известно, что два своих сорта Гартвис посвятил семье генерал-губернатора Новороссийского края графа Воронцова. Первый, ярко-красный, он назвал в честь самого Михаила Семёновича. Второй посвятил его супруге – Елизавете Ксаверьевне. Сорт «Графиня Воронцова» относился к лазящим чайным розам. Его крупные махровые цветы имели форму, характерную для старинных сортов: широкая чаша, разделённая в центре на четыре сегмента. Кремово-жёлтые, с розовыми мазками в нижней части лепестки ближе к центру цветка обретали розово-красные тона. «Графиня Воронцова» украшала не только розарий Никитского сада, но и оплетала стены Воронцовского дворца – резиденции генерал-губернатора в Алупке. Она считалась безвозвратно утерянной. Но во время определения сохранившихся сортов роз у стен дворца графа Воронцова учёные обнаружили цветы, похожие по описаниям старинных французских и немецких каталогов на пропавшую «Графиню». Однако в зарубежных изданиях не указывалась фамилия создателя, отмечалось лишь, что этот прекрасный сорт выведен в России. Всё расставило по местам обнаруженное в архивах письмо.

«Графиня Воронцова» – единственный сохранившийся до нашего времени сорт Н.А. Гартвиса

17 мая 1833 года Гартвис писал графу Воронцову: «…мы имеем не менее 30 сортов, полученных посевами, и между ними есть такие, что способны соперничать с наиболее прекрасными иностранцами. Создатели роз за рубежом пользуются правом отмечать свои победы именами замечательных современников; я осмелюсь просить месье графа и мадам графиню благосклонно принять в их честь две самые прекрасные розы из тех, что мы вывели, и украсить их вашими именами. <…> Те два куста, что я давал Кебаху (садовник имения графа Воронцова. – Прим. авт.), уже цветут в Алупке». Один из двух посаженных Гартвисом кустов до сих пор растёт на прежнем месте. И сегодня можно увидеть, как 200-летние плети самой старой розы России карабкаются по одной из стен Воронцовского дворца…

Маленькая Зина с родителями — Верой и Константином Клименко

МАМА И ПАПА

«Как начался ваш путь к розам?» – спрашиваю Зинаиду Константиновну. «А я помогала маме…».

Позже, в Научном музее, мы пройдём всю экспозицию, где представлены история и направления работы Никитского сада, и остановимся у стенда «Сотрудники Ботанического сада», где есть фотографии Зинаиды Константиновны и её родителей. «После смерти Гартвиса развитием коллекции роз целенаправленно никто не занимался. Селекция была прекращена, если коллекция и пополнялась, то хаотично. С 1938 года её продолжил Николай Данилович Костецкий. Им было создано 70 сортов из разных садовых групп. Потом была война, в Никите хозяйничали румыны и немцы. Во время оккупации коллекция очень сильно сократилась. А потом уже приехала моя мама – возрождать её почти на пустом месте и тоже заниматься селекцией – созданием новых сортов. Так в Ботаническом саду и шли три волны селекции роз: Гартвис, Костецкий и Клименко».

«Родилась я в Аджарии, в городе Батуми. Жила в Батумском ботаническом саду, – продолжает Зинаида Константиновна. – Родители были учениками Мичурина. Мама, Вера Николаевна Клименко, хотела поступать в Московский медицинский институт, а папа, Константин Трофимович, студент Бауманки, работал на электроламповом заводе в столице. Но у него обнаружили туберкулёз, и врач посоветовал сменить профессию, выбрав работу на свежем воздухе. Тогда родители вместе поступили в Тимирязевку и попали в ученики к селекционеру Ивану Владимировичу Мичурину. Он долго не хотел никому передавать свой опыт, но потом всё же разрешил двенадцати московским студентам приехать к нему в город Козлов, ныне Мичуринск. Папа играл на мандолине, у него были длинные и чуткие пальцы. А у селекционера, как у хирурга, должны быть очень точные движения, чтобы при искусственном опылении не повредить пестики в цветке. Поэтому отца определили в группу студентов, проводивших гибридизацию». Когда молодые селекционеры окончили учёбу, они по распределению должны были ехать в Батумский ботанический сад. Пошли к Мичурину: «Иван Владимирович, как разводить груши-яблоки, знаем, а как апельсины и мандарины – нет». – «С яблоками разобрались, и с апельсинами разберётесь», – ответил тот.

Зинаиду Константиновну пригласили в Батуми на 100-летие Ботанического сада. «Мама с отцом давно умерли, а посаженные ими промышленные плантации цитрусовых в Аджарии единственные из всех сортов пережили самые холодные зимы. Я была так горда родителями…» – говорит профессор. Работу селекционеров Клименко в Батуми поддерживал и основоположник русской генетики Николай Иванович Вавилов. Он же убедил молодых учёных расширить исследования: «Стране нужны не только плоды, но и цветы. Займитесь ими». Вера Клименко выбрала гладиолусы, став первым селекционером этих цветов в СССР. И розы. Вокруг Батуми было много дореволюционных дач российской аристократии, на них Вера Николаевна и собрала свою первую коллекцию роз для Батумского ботанического сада. А Константин Трофимович занялся селекцией рододендронов и камелий и тоже создал их новые сорта.

Селекционер Вера Клименко в Батумском ботаническом саду у выведенного ею сорта апельсинов

ОТ БАТУМИ ДО НИКИТЫ

В январе 1941 года в семье молодых биологов родилась дочь Зина. А 25 июня Константин Клименко ушел на фронт. Он защищал Кавказские горы, был ранен, да так, что его сочли умершим. По счастливому совпадению документы скончавшихся солдат в госпитале подписывал врач, знавший Клименко. Увидев в списках фамилию Константина, решил с ним попрощаться. «Его привели к папе, он целует его в лоб и понимает, что тот ещё живой. Схватил его, кричит: «Быстро, в операционную!» А маме уже ушла похоронка… Отца ещё год переводили из одного госпиталя в другой. И только через год мать узнала, что он жив», – рассказывает моя собеседница.

В 1946 году Константин Клименко вернулся в Батумский ботанический сад. Супруги выводили новые сорта апельсинов, камелий, гладиолусов и роз. Среди пышных субтропиков Батумского ботсада маленькая Зина получала свои первые уроки селекции. «Чтобы провести удачное скрещивание, надо начинать работу в пять часов утра. Тогда пыльца будет лучше прорастать на пестиках. Случалось, мы с отцом сутки сидели у растений, и я каждый час записывала в тетрадь, как идёт опыление», – вспоминает Зинаида Константиновна.

Казалось, семья Клименко прочно осела в Аджарии. Но Константин Трофимович и Зина заболели туберкулёзом. И тогда врачи сказали Вере Николаевне: «Если вы сейчас же отсюда не уедете, то через год похороните не только мужа, но и дочь». Тогда мать Зинаиды положила перед врачами карту СССР: «Покажите, куда надо ехать?» Они указали на Ялту.

«Вот мама около своего сорта апельсина в Батуми, посмотрите, сколько плодов! А вкусные какие! – Зинаида Константиновна продолжает рассматривать музейные фотографии. – Когда мы переезжали в Ялту, как думаете, что мы везли на теплоходе? Книги и саженцы. Одежда была только та, что на нас. Тогда разбомбленный порт Ялты всё ещё лежал в руинах, и нас с рейда перевозили на берег на шлюпках. Так и плыли – с книжками и саженцами в руках».

«Красный маяк» хорошо переносит зимы степного Крыма

В Никитском саду для селекционеров уже была организована оранжерея, куда поместили привезённые ими сорта цитрусовых. Клименко собирались вывести сорт морозостойких апельсинов, который можно было бы выращивать в траншеях, как на Севере Италии. Но в 1953 году скончался Сталин, подули иные ветра, досталось и кавказским цитрусам – проект закрыли. Зато остались цветы.

«Папа занялся селекцией тюльпанов и гиацинтов. А мама получила коллекцию чубушников – у нас с ней есть пять совместно выведенных сортов, – сирень обыкновенную и так называемую индийскую сирень, или лагерстрёмию. К осени в саду зацветёт роскошная лагерстрёмия селекции Веры Николаевны, очень красивая и нежная», – говорит Зинаида Константиновна.

«Климентина» в 1976 году получила почётный диплом на Международном конкурсе роз в Риме

Коллекцию роз Вера Клименко возрождала почти с нуля. Как и в Батуми, искала сорта по окрестным паркам, садам, дачным участкам. Созданию селекционной базы роз содействовал министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов. Он довольно часто приезжал в Никитский сад и не отказывал в помощи научным сотрудникам. Летом 1956 года Вера Николаевна обратилась к министру, объяснила, что коллекция роз в Никитском саду уничтожена, её надо восстанавливать, а для этого нужны новые европейские сорта садовых роз. Молотов поручил послу СССР в Германии Георгию Пушкину помочь решить проблему. И вскоре Вера Николаевна встречала во Внуково самолёт, из которого выгрузили первые 120 новых сортов западной селекции.

Зинаида Константиновна Клименко с супругом Константином Ивановичем Зыковым, тоже селекционером роз

Более 100 своих сортов Вера Клименко создала на основе этой коллекции. Зинаида Константиновна с гордостью показывает сорта, выведенные её мамой: «Красный маяк», который не вымерзает зимой в степной зоне Крыма, «Прекрасная Таврида» с сильным сладким ароматом. Но главным достижением Веры Николаевны стал сорт «Климентина». Бокаловидная роза в бриллиантово-розовой окраске была выведена на основе сортов иностранной селекции Gloria Dei и Kordes Sondermeldung. Последний отличался обильным и длительным цветением и необычной для роз того времени красно-кирпичной окраской. Название сорта «Климентина» имеет свою историю. Как уже говорилось, первой культурой, селекцией которой занималась Вера Николаевна, были гладиолусы. И один из своих сортов она посвятила русскому биологу Клименту Тимирязеву. Но во время войны сорт погиб. И Вера Николаевна дала имя новому сорту роз в честь этого великого учёного.

На Международный конкурс роз в Риме «Климентина», созданная в 1955 году, попала через двадцать лет, в 1976-м, и получила почётный диплом. Только с 1965 года советских биологов стали упоминать в международных справочниках по селекции роз – включили туда и Веру Клименко, и её «Климентину», что стало настоящим прорывом.

Сорт «Пёстрая фантазия» за оригинальность окраски удостоен в 2012 году главного ботанического приза на выставке садоводства в замке Фазанери

ЦВЕТЫ ЦЕНОЮ В ЖИЗНЬ

«А итогом моей трудовой и селекционной деятельности стала вот эта система. – В музее Ботанического сада Зинаида Константиновна указывает на висящий на стенде плакат. – Это система комплексной селекции садовой розы. Здесь указаны все этапы, которые необходимо пройти для создания сорта. Фактически это подробная методичка для селекционера… А теперь снова пойдём в сад. Я хочу вам показать, что стало делом моей жизни».

…Они цвели на куртинах розария. Снежно-белые и уходящие в чёрный бархат, розовые и жёлтые, оранжевые и красные. Кустовые и лиановидные. Миниатюрные и высокорослые. Густомахровые и немахровые. Бокаловидные и шаровидные, камелиевидные, гвоздичные и получившие за свою форму с десяток самых странных названий. Розы. И моя собеседница перебирала их истории, будто драгоценные камни в шкатулке.

«Вот это мой сорт «Пёстрая фантазия». Это тоже мой – «Крымский гном». Крохотная розочка, поэтому её можно красиво показать на штамбах. Это – «Дюймовочка», мой первый миниатюрный сорт. А вот «Солнечная долина» – сорт, который помогает создавать растения, устойчивые к болезням. «Весенняя заря» цветёт один раз в сезон, но зато очень обильно. Её можно сажать вдоль дорог, она не требует ухода. Вот «Лезгинка» – прекрасный сорт, хоть уже и отцветает…».

Стебли плетистой розы «Весенняя заря» украшены ярко-розовыми цветами с тонким ароматом

ЛЮБИМИЦЫ

Среди сортов роз есть у Зинаиды Константиновны свои любимицы. Вот созданный ею оранжево-красный «Коралловый сюрприз», получивший в Германии Большую золотую медаль. Засаженные им клумбы показывали Зинаиде Константиновне, когда она была в Берлине. Клименко смотрела на розы, а немецкие селекционеры, смеясь, спрашивали: «Что это за сорт?» – «Немного похож на «Коралловый сюрприз», но у моего сорта нет такого тёмного бархатного оттенка на нижних лепестках», – сомневалась она. «А в Берлине он такой тёмный. И это промышленный сорт в Германии, потому что он цветёт, не переставая», – объяснили ей.

Ещё один любимчик профессора Клименко – сорт «Полька-бабочка». Эта роза расцветает жёлтой, потом постепенно становится розовой, потом тёмно-красной – и всё это на одном кусте. Зинаида Константиновна вспоминает, как недавно в розарии слышала спор мужа с женой. Мужчина доказывал: «Здесь три розы на один куст привили, вначале жёлтую, потом розовую, потом красную». – «Это одно растение», – возражала женщина. «Так не бывает», – не соглашался муж. «А я слушаю, и мне так смешно», – улыбается Клименко.

Но, похоже, безусловной фавориткой Зинаиды Константиновны стала роза Gloria Dei. «У неё очень сложное происхождение, – объясняет Клименко. – Меня это заинтересовало, и я исследовала все сорта, которые использовались при её создании. Они оказались из разных стран и разных климатических областей Земли. На основе этого французского сорта создали 300 новых сортов, получивших награды на международных выставках! Одной из родительских форм сорта моей мамы, «Климентины», да и многих моих, была именно Gloria Dei».

«Коралловый сюрприз» в 1985 году награждён Большой золотой медалью в Эрфурте

РОБСОН, КАСТРО, ГАНДИ

Кажется, по названиям сортов никитских роз можно проследить историю Советского Союза. Вот «Эсланда Робсон». Кстати, жена легендарного известного чернокожего джазового певца Поля Робсона Эсланда была в розарии Никитского сада и видела названный в честь неё сорт. «А откуда у вас сорт «Фидель Кастро»?» – интересуюсь я. Вера Николаевна относилась с большим уважением к кубинскому революционеру и назвала в его честь душистый тёмно-красный сорт, объясняют мне.

В 1955 году в Крым приехал Джавахарлал Неру. И пока он вёл переговоры, его дочь, Индиру Ганди, повезли в Ботанический сад. Ей понравился сорт в селекционном фонде, и Вера Клименко решила назвать его «Индира Ганди».

«Потом я была в Индии и передала черенки «Индиры Ганди» для размножения, – вспоминает Зинаида Константиновна. – В Индии нам показывали розарий, но меня больше интересовали горы – я хотела привезти оттуда новые дикие виды для подвоя (растение, часто – дикого вида, к стеблю которого прививается коллекционный сорт – Прим. ред.). Но из-за напряжённых отношений Индии с Пакистаном в горах было неспокойно, нам не разрешили туда ехать, а отправили в исследовательский институт субтропических растений». И здесь, общаясь с индийской коллегой, Клименко задала, по её словам, наивный, но объяснимый для северянки вопрос: «Сколько периодов цветения у ваших роз?» Та с удивлением посмотрела на собеседницу: «У нас розы цветут постоянно». «И тут я понимаю, что у них нет ни осени, ни зимы, ни периодов цветения», – смеётся над своей забывчивостью Зинаида Константиновна.

***

…Мы бродили по Никитскому саду так долго, что строгая дочь Зинаиды Константиновны – тоже Вера и тоже биолог – намекнула: мол, пора и честь знать. Но на прощание я не могла не задать моей спутнице последний вопрос: как стать селекционером, если ты не вырос в апельсиновых рощах Батумского ботанического сада?

За достижения в области селекции садовых роз профессор Клименко была награждена орденом «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени

«Считаю, – ответила моя собеседница, – что для этого человек должен любить растения, а также иметь желание создать что-то новое и оригинальное, стремиться получать знания в области ботаники, биологии и генетики растений, начиная со школы, а затем и в вузе. Мне с этим очень повезло в жизни. Когда мы приехали в Крым, я продолжила учёбу во втором классе никитской семилетней школы, находившейся недалеко от Ботанического сада. Это была необычная школа. Здание окружали два цветника, был небольшой бассейн с кувшинками и золотыми рыбками. А ещё были огромный плодовый сад и виноградник. В тяжёлые послевоенные годы Никитский сад фактически шефствовал над школой. Ученики получали от сотрудников сада и химическую посуду, и реактивы для проведения уроков химии. Рядом со зданием школы построили небольшую теплицу, в которой выращивали субтропические растения и кактусы. Ухаживать за садом и растениями в теплице ученики начинали с пятого класса.

Руководил школой тяжело раненный на войне Сергей Иванович Пастухов – замечательный биолог. Раз в месяц в школу приходил главный садовник Никитского ботанического сада, фронтовик Виктор Васильевич Беляев, который занимался с ребятами. По правилам школы в день последнего звонка эстафету ухода за растениями из плодового сада, виноградника, части цветника, бассейна и теплицы выпускники, окончившие седьмой класс и переходящие в десятилетку в Ялте, передавали пятиклассникам. Вместе с директором школы ученики проводили опыты с растениями. За время моей учёбы в этой школе два ученика из моего класса получили золотую и бронзовую медали ВДНХ за результаты опытов, проведённых в теплице и в саду.

Осенью урожай в саду и на винограднике собирали и продавали, а полученные деньги использовали на что-либо необходимое для школы. В качестве примера приведу один случай. К началу учебного года в Никиту из сожженных немцами в России деревень приехали женщины с детьми, которые пришли на учёбу в нашу школу. И когда один мальчик из нашего класса стал ходить на занятия нерегулярно, меня, как звеньевую пионерского отряда, отправили к нему домой узнать, почему он пропускает занятия. Я увидела жильё, в котором не было мебели, шестеро детей спали на шинелях, а у порога стояла одна пара сапог. Мать ребят мне объяснила, что дети в этих сапогах ходят в школу по очереди. Когда я доложила об этом на педсовете, было решено, что на деньги, полученные за урожай фруктов, будут куплены тёплая одежда и обувь для переселенцев…

По просьбе главного садовника Никитского сада, в котором не хватало рабочих, в июне ученики нашей школы с пяти до десяти часов утра занимались поливом растений из шлангов. Тогда мы и познакомились с красотой сада, прониклись к нему любовью. Я подсчитала, что около 70 процентов учеников нашей школы после десятилетки пришли сюда работать. А пять учеников нашего класса окончили биологические факультеты в вузах. Я, в числе тридцати первых аспирантов, окончила в Никитском саду аспирантуру и стала работать по селекции садовых роз. В этом году сад будет передавать в Госкомиссию мой 107-й сорт розы».

Многолетний труд Зинаиды Константиновны был оценен по достоинству. За достижения в области селекции садовых роз профессор Клименко была награждена тремя медалями ВДНХ (золотой, серебряной и бронзовой), а в 2022 году – орденом «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени.

Фотоматериалы предоставлены Никитским ботаническим садом Российской академии наук